Эль'Омари

Объявление

В игре 1-10 дни месяца Криос 955 года
    НовостиКвестыРозыск персонажейАдминистрация
  • 17.10.2018
    Как всегда, ваша женщина и снова с плюшками.
    24.09.2018
    Набор в первый развлекательный квест.
    18.09.2018
    Три слова новостей.
    И не забываем гладить ТОПовского монстрика!
    Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
  • Квест #1: Северный ветер войны
    Шангарцы подозревают орков в нападении на их караваны, Хаздрамар отрицает обвинения и обращается за помощью к незаинтересованным сторонам, чтобы они провели расследование и предотвратили войну.
    Статус: в процессе набора

    Квест #2: Время потрясений
    Во время праздника пал от драконьего копья предводитель Крылатых. Теперь, чтобы статус некогда самой влиятельной организации не пошатнулся окончательно, всадникам требуется выбрать нового предводителя и отомстить.
    Статус: в процессе набора

    Квест #3: В пучину хаоса
    Жителям Мистранга не дает покоя неведомая темная тварь, что заинтересовало демонопоклонников, которые хотят разузнать о ней больше и помочь или завладеть ее разумом, что бы использовать в своих целях.
    Статус: в процессе набора

    Квест #4: Пришелец из мрака
    Гномы уже готовы сложить оружие и бежать из собственного дома, поскольку новый враг почти не оставляет надежды на победу. Множество собратьев полегли в сети глубоких пещер, из-за чего у наместника Мистранга не остается другого выбора - кинут клич о помощи среди наземных жителей.
    Статус: в процессе запуска и набора

    Квест #5: Муж для королевы
    "Анарут благоволит достойному!" - именно под таким лозунгом в Варанаси начался турнир за руку Махараджи. Кто станет супругом правительницы и что его ждет?
    Статус: начат, ведется набор

    Квест #6: Нож в спину
    Красия бурлит - все обсуждают покушение на короля, совершенное одним из таурити. Народ требует отомщения и готов хоть сейчас вздернуть всех жителей Танзара, что есть в королевстве, однако, все не так просто
    Статус: начат, ведется набор

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Эль'Омари » Флешбеки » С корнями из мозгов


С корнями из мозгов

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

[my]С корнями из мозгов[/my]
[bga][bigram]https://pp.userapi.com/c845418/v845418850/cb71a/1TwmtZql4l8.jpg[/bigram]

[zg]Дата, Время и Место[/zg]
[bpost]27 день Дарира 954 года
Альмерра,  дебри в округе Тавоса[/bpost]

[zg]Действующие лица[/zg]
[bpost]Сикер и Матиас Ларсен[/bpost]

[zg]Описание[/zg]
[bpost]Ловушка стояла для другого оленя.[/bpost][/bga]

0

2

Дарир - первый месяц зимы. Это всегда было напоминанием предстоящего нового года, к его наступлению мороз уже набирал силы,  всюду, куда не плюнь, был снег - первые сугробы, которые так ненавидели торговцы и прочие работяги, но до жути обожали дети. Для Сикера Дарир всегда был этаким отголоском, напоминанием простых радостей старой жизни. Но только не в этот раз, только не в Альмерре, только не на чёртовом юге.
Рука в чёрной тканевой перчатке поправила на лице железную маску. Через её отверстия капли холодного зимнего дождя уничтожали последние сухие участки одежды мужчины, казалось бы беспечно раскинувшегося в корнях огромного дерева, коими был утыкан каждый метр этой проклятой земли.  Беспечным он казался лишь на первый взгляд, но если чуть отодвинуть занавес тропического ливня, то не трудно будет заметить, что левая нога этого неудачника поглощена землёй, в то время как на поверхности красуется лишь угол тощей коленки. Вокруг поглощённой части ноги были бы заметны ямки - попытки высвободиться, но те давно превратились в лужи и теперь служили временным водохранилищем для залива подземной части тела. Голова его лежала на выступающем корне, позволяя мокрой тряпке, несколько часов назад бывшей капюшоном, сползти с этой самой головы под напором небесной водицы, предательски подставив ей уже белоснежные космы, в тот же момент беспощадно расстрелянные тяжёлыми каплями и превращённые в мягкие сосульки сомнительного уровня чистоты.  Он сложил руки на груди и громко вздохнул в пустоту, ибо звук этот был проглочен рёвом ливня без всякой надежды на как таковое существование. В голове его крутилось много вопросов, но из их великого множества давно выпал "как вытащить своё неуклюжее копыто?".  Смирение со статусом слепого идиота пришло буквально часов восемь назад. А может и нет. Раньше или позже - Сикер не мог дать себе точного ответа, так как время здесь ему стало казаться понятием весьма абстрактным, а то и вовсе нереальным.
Неба не видно за кронами древесных гигантов, но они никак не спасают от дождя. Что в чаще, что в чистом поле - ощущения от такого ливня кажутся абсолютно одинаковыми.  Превозмогая боль, неудачник бросил попытки выдернуть ногу, вместо этого он начал рыскать в поисках верёвки, чего-то за что к ловушке крепился бы груз. Конечно Сикер знал во что попался и, признаться, ему за это было стыдно. Признается он в этом, конечно же, только себе и единожды.  Сам человек в маске иногда издевательски называл эту ловушку "туфелька для лани". Она представляет собой четырехугольную раму, укрепленную веревкой или кожаным ремнем, с восемью попарно расположенными гвоздями. Обычно к ним верёвкой крепят груз вроде полена, чтобы наверняка затруднить бедному животному передвижение. Не будем вдаваться в такие очевидные вещи, что поиск чего-то в тропическом лесу под стеной зимнего южного дождика занятие само по себе сомнительное и довольно сложное, так что очевидно эти поиски успехом не удовлетворились. Кое-как успокоившись, мужчина обратился к простой человеческой логике : если груза нет снаружи, вероятно он находится под землей - достать его сейчас, спасибо погоде, у него не получится, значит придётся ждать. Вопрос - ждать кого или чего? Скорей всего и того и другого. Если бы ловушка была поставлена убийцей, то он бы не поскупился вытащить свой наглый нос в непогоду, точно и наверняка знал как и куда собирается идти его жертва и с торжествующей ухмылкой стоял и мок бы уже с ним в этой глуши. Но прошло приличное количество времени и ни души на горизонте, если так можно выразиться.  Значит ловушка стояла не для него, значит он попал в неё случайно. Оставалось надеяться, что эта охотничья ловушка не забытая  и её придут проведать.
Как он планирует сушить одежду? Как сильно будет болеть его позвоночник на следующий день? Какого Анаскура он вообще забрёл в эту проклятую Альмерру? Туша в чёрных мокрых одеждах по прежнему валялась в той же позе на том же месте, правда уже не лил дождь, а лениво падали капли с листьев, пока сцену захватывал утренний лесной туман.

0

3

Ливень застал Матиаса уже в пути, но возвращаться домой он не стал, просто надвинув поглубже капюшон почти негнущегося кожаного плаща, пропитанного особой смесью масла и воска. Ловушки он не проверял уже больше суток, и дольше тянуть было нельзя, даже при том что дожди почти не прекращались всю последнюю неделю. Особенно поэтому. В глуши водилось множество крупных животных, которые запросто могли сломать ловушки или просто заставить сработать впустую, а в обычной для этих мест "зимней" сырости еще и применение грузов и растяжек значительно затруднялось. Буквально пару недель назад в один из расставленных капканов вступил соведь - да так и унесся вместе со вцепившимися в лапу железными челюстями, Матиас не смог его догнать даже несмотря на наличие широкой просеки, которую животное протоптало в густом мокром подлеске.
Чавкающие звуки собственных шагов по грязи заставляли морщиться из-за обостренного слуха, но когда он взошел на небольшой пригорок, поступь по привычке стала бесшумной - здесь всю землю покрывали пучки трав и переплетенные корни, из-под которых выглядывали грибы.
Если по совести, Матиас искренне надеялся обнаружить в ловушке хорошего оленя-замбара. Или забредшего из Танзара лося. Но уж никак не раскинувшуюся под редеющим дождиком человеческую фигуру, с ног до головы закутанную в ткань.
Он остановился, оставаясь под сенью часто стоящих деревьев и, как Матиас рассчитывал, пока еще вне поля зрения неизвестного. В голове уже крутились расчеты происходящего.
Несмотря на опасность для окружающих, исходящую от Ларсена, это не было единственной причиной того, почему он старался максимально удалиться от цивилизации. Он до сих пор боялся, что его найдут. Север помнит такие вещи даже спустя годы, это он знал по себе. Так что в его случае небольшая паранойя была вполне оправданной. По крайней мере, сам Матиас так думал.
Впрочем, непохоже было, что этот малый тут из-за него - иначе смотрел бы под ноги.
- Проблемы, сынок?
Возможно, получилось слишком уж хрипло, как будто горло забито землей, но он по крайней мере мог оправдаться тем, что ни с кем не говорил вслух уже... три недели? Четыре? Таким вещам он терял счет очень быстро. В общем, как вернулся из Тавоса.
Одновременно с тем, как Матиас спустился в ложбинку между двумя большими деревьями, между которыми и оставил "башмак", дождь почти совсем перестал. Теперь сверху падали только редкие теплые капли - и то больше не из-за дождя, а из-за стекающей по листве и ветвям деревьев влаги. Зато солнце начало ощутимо припекать почти сразу же, как показалось в разрывах туч, и от земли начали подниматься густые нездоровые испарения.
Маска, которую Матиас разглядел еще издалека, вкупе с несколькими ножнами вселяла мысль, что, возможно, разумнее будет прирезать и закопать незнакомца прямо здесь же, независимо от его намерений - пока земля мягкая. Учитывая непредсказуемость разумных существ - проблем точно будет меньше, ни одно животное ему еще не гадило так, как люди. К сожалению, надолго эта мысль не задержалась, довольно быстро уступив место размышлениям, как вытащить этого неудачника из собственной ловушки.
Он не только протянул веревку к потаску под землей, но еще и спрятал его среди корней. Попади в "башмак" олень, проблема решалась бы элементарно - отрубанием ноги от уже мертвой туши с последующим гораздо более легким разбиранием "башмака" на части. С этим рослым недоразумением придется, видимо, резать веревку у самой ловушки.
- Снимай маску и оружие и бросай вон туда, - Матиас махнул рукой в сторону, не отрывая взгляда от глубокой лужи, в которую превратился "башмак", с торчащей из нее тощей коленкой.
С него самого вода тоже текла ручьем, но по большей части мимо - хорошо защищал плащ и высокие сапоги. Впрочем, Матиас крепко подозревал, что весьма скоро и сам промокнет с ног до головы - когда будет вытаскивать хромоножку. Простоявшая всю ночь (а может и дольше) в воде, да еще и продырявленная в нескольких местах нога явно не даст незнакомцу просто тихо и мирно уйти отсюда и забыть, что он тут вообще кого-либо видел.

+1

4

К тому времени как первые солнечные лучи начали пробиваться сквозь грязно-серые тучи и могучие кроны тропического леса, полное понимание ситуации начинало проясняться в голове мужчины. Словно что-то внутри встряхнуло его рассудок, дало крепкую пощёчину и выдернуло из этого противного вязкого полусна, в котором он пытался усыпить свою бдительность. Возможно этому пробуждению поспособствовал внезапный шелест травы неподалёку. Едва уловимый, но для того кто несколько часов валялся в этой местности и успел, если так можно выразиться, изучить звуки промокшей чащи, этот шелест был как тревожный звон. Встреча с хозяином ловушки уже не стала казаться Сикеру такой уж удачной затеей, но это всё же лучше, чем перспектива встретиться с местной фауной, мысли о которой начали лезть в голову словно надоедливые насекомые. Что там водится в этой глуши? Соведи, гигантские пауки тузулы? Их яд конечно больше не вселял трепета, но встреча с огромным плотоядным пауком, когда твоё передвижение немного ограниченно, а каждая мышца в твоём организме решила послать тебя в Обатон к демонам на колени, предварительно сохранив работоспособность на уровне студня из свиной головы, совершенно не улучшало ситуацию.
Сикер собрался с силами и попытался дернуть ногу ещё раз, действие спровоцированное не столько тщательным планированием своих дальнейших шагов в данном положении, сколько накатившей паникой. Как и ожидалось, силы рывка было недостаточно чтобы освободить ногу, она едва могла сравниться с силой ночных попыток высвободиться, но её было вполне достаточно, чтобы искры стрельнули из глаз и всё тело передёрнуло лёгкой судорогой, словно Сикер пытался не вытащить ногу из хвата пары шипов, а оторвать целую здоровую конечность.
— Проблемы, сынок? — донёсся хриплый мужской голос всего в нескольких шагах от вампира, заставив того придержать собравшиеся в глотке проклятия для лучшего времени. Со своего лежбища он не мог разглядеть незнакомца, но почему-то голос этот не вселял трепета, наоборт - он даже как-то успокоил.
Собравшись с силами и избегая резких движений, опасаясь снова испытать жгучую боль, он приподнялся на локтях, бросив беглый взгляд на пробивающееся сквозь побитую листву солнце, после чего поспешил накинуть но голову сползший мокрый капюшон, стараясь игнорировать неприятные ощущения от мокрой холодной ткани. Это всё же лучше, чем прожечь себе черепушку.
— Как можешь видеть, папенька.
Из-за пересохшего горла ответ получился немного трескучий, но в тоже время довольно звонкий и не лишенный привычной нотки насмешки. Возможно, передразнивать своего единственного потенциального спасителя было плохой идеей, но эта одна из немногих вещей, от которых Сикер просто не мог воздержаться. Язык его - враг его. Иногда ему даже казалось, что зашей ему кто-то рот и это убережёт его от большей части проблем.
Требования снять оружие было вполне разумным. Честно говоря, незнакомец уже сильно рисковал допуская возможность дружелюбных намерений попавшего в его ловушку, не говоря уже о том, что этот попавшийся был вооружён. Без лишних слов мужчина начал отцеплять ремни с ножнами, крепящихся к его бёдрам и поясу, после чего откинул их на "безопасное" от себя расстояние. Каждое его движение отдавало острой болью в ноге, а кровь из вновь открывшейся раны, не теряя времени, окрасила и без того грязную лужу в тёмно-багровый. Если опустить неприятность с ногой, то даже недолгое расставание со своими излюбленными клинками причиняло Сикеру заметное неудобство.
— Если тебе знакома эта маска, то думаю ты прекрасно понимаешь, почему я вынужден отклонить твою просьбу. — вампир повернул голову, старясь разглядеть фигуру в плаще.  Решётка глазниц мешала ему хорошо рассмотреть незнакомого мужчину, однако в голове его сразу закрепилась ассоциация с дверью. Старой дверью, которой давно не пользовались и от каждого действа она отзывалась хриплым, но каким-то уважительно-старческим скрипом. Прямо как голос этого человека.
— Я был бы рад её снять, правда.
Отчасти это было правдой.  В южном краю, когда даже зимой по меркам северянина солнце пекло от души, железная маска совершенно не способствовала  хорошему времяпрепровождению. Да и лгать каждому любопытному о лепре тоже не самый надёжный план, особенно когда у этого любопытного есть все шансы проверить слова Сикера на правдивость.

+1

5

Глядя на то, как при звуках его голоса незнакомец торопливо натягивает на голову насквозь мокрый капюшон, и со складок ткани по железу маски ползут капли воды, Матиас исполнился еще более крепких подозрений. На любителя сырости невезучий одиночка никак не походил, даже лежа фактически наполовину в огромной луже. Оставалось два варианта - либо он, как и Ларсен, по какой-то причине очень боится быть узнанным, либо... боится солнца больше, чем воды.
В менее странных обстоятельствах Матиас, возможно, и не обратил бы на эту деталь никакого внимания, но сейчас он как можно пристальнее следил за ситуацией.
Если тебе знакома эта маска, то думаю ты прекрасно понимаешь, почему я вынужден отклонить твою просьбу.
При этих словах Матиас еще пару мгновений смотрел на нее, прежде чем понял, о чем незнакомец говорит. Только вот никак не получалось вспомнить, какой именно болезни "принадлежала" конкретно эта маска. Проказе? Лепре? Тем не менее, он отчетливо чувствовал, что не верит этой отговорке.
Смертельно больной заразной инфекцией, отнимающей силы и подвижность... судя по одежде и вооружению - наемник? Ассасин? Да, определенно это прекрасное сочетание... Матиас молча сделал несколько шагов в сторону и поднял одну из ременных перевязей, на которой были закреплены необычной формы ножны. В конце концов, оружие способно очень много рассказать о своем хозяине. На полпяди выдвинув клинок, он оценил уровень летальности оружия - таким наверняка можно располосовать человека снизу доверху или быстро спустить кровь, причинив глубокую рану сильным колющим ударом - широкий "язык" лезвия не позволял в этом усомниться. Правда, как это оружие называется, Матиас не знал, так как никогда с ним не сталкивался.
- Вот что, - он вернул странный кинжал в ножны, и широкая рукоять негромко щелкнула о фигурную оковку устья, - У меня нет ни малейшего желания даже на перестрел приближаться к обитателю лепрозория, но пока ты им не выглядишь. Поэтому, если уж ты такой... стеснительный, придется тебе снять что-нибудь другое. Например, перчатки.
Он бросил перевязь с ножнами обратно к остальному оружию.
- Иначе я перережу тебе глотку и закопаю прямо здесь.
Это не было блефом - он действительно собирался так и поступить, если незнакомец не приложит достаточно усилий, чтобы обелить себя в глазах Матиаса. В конце концов, это не ему тут требуется помощь. Хотя Ларсен не очень понимал, как можно было не суметь самостоятельно освободиться из ловушки, изначально имея при себе несколько отличных клинков. И тем более зачем врать в первый и последний раз виденному незнакомцу - пока что с утверждением насчет болезни вязалась разве что худоба странного человека, заметная даже сквозь слои ткани, намотанные на нем, как листья на капусте.
Солнце светило сбоку и уже ощутимо начало припекать затылок. И так как дождь уже закончился, он скинул капюшон, по привычке проводя пальцами по тому шраму, что был больше - всегда делал так, когда был напряжен, с тех пор как получил его. У открывшейся шеи немедленно завертелся один из местных крупных лесных кровососов, но отлетел в сторону, едва не попав под взмах ладонью.

+1

6

Вампир молча наблюдал за манипуляциями мужчины с его оружием. Он готов поклясться, в какой-то момент его кольнуло подобие ревности. Он тяжело выдохнул, вслушиваясь в щелчок рукояти и всячески пытаясь прогнать дурные мысли прочь. Всего три вещи в этом мире были ему дороги - жизнь, свобода и эти самые мечи. Каждый из них знаменовал какой-то важный этап в его жизни, а то и вовсе перерождение. Ну, почти каждый. О парочке страховщиков лучше не упоминать.
Голосовые связки незнакомца скрипнули вновь, приковывая к себе всё внимание. Сикер поднял глаза на мужчину, жадно всматриваясь в лицо под капюшоном. Не то чтобы ему было важно запомнить проходимца, которого он скорей всего больше никогда не увидит, но мимика могла многое рассказать о человеке и его намерениях. В тоже время, альбинос никогда не был хорошим чтецом чужих лиц. Да, красноречия и харизмы ему не отнимать, но вот с некоторыми вещами удача его подводила. Так что это изучение было скорее для общего опыта и не претендовало на какие-то серьёзные заключения.
У меня нет ни малейшего желания даже на перестрел приближаться к обитателю лепрозория, но пока ты им не выглядишь. Поэтому, если уж ты такой... стеснительный, придется тебе снять что-нибудь другое. Например, перчатки.
Эти слова одновременно озадачили и вызвали улыбку. То, что его собеседник не лишён чувства юмора безусловно радовало, но вот делать такие заявления человеку в подобной маске... А как он тогда выглядит? Болезненно тощий, в тематической маске, уничтожившая всякую презентабельность сырость и грязь (будь проклята южная погода) - всё это не особо тянуло на высокую планку. Конечно, катары и закрученный кинжал из серебра могли натолкнуть на мысли, но в конце концов он мог оказаться простым вором или коллекционером, решившим в компании своих излюбленных заточек повидать мир напоследок.
От губ мужчины только и успели отлететь звуки, складывающиеся в неуверенное "я не", за которым должна была последовать уже более убедительная речь, почему дорогому владельцу ловушки не стоит беспокоиться о проказе и почему не стоит так пристально его досматривать. В конце концов, проверенный текст работал в большинстве случаев.
Иначе я перережу тебе глотку и закопаю прямо здесь.
И эта речь тяжёлым камнем скатилась по горлу вниз в желудок.
Это звучит довольно убедительно, должен признаться, — Сикер нервно облизнул губы, отводя взгляд и оглядываясь по сторонам. Даже если этот человек поймёт его ложь как попытку сохранить своё личное пространство и избежать общения больше необходимого или, на худой конец, можно было свести к опасениям об отношении аборигенов к альбиносам, но если его кожа начнёт с ненормальной скоростью пузыриться и покрываться ожогами прямо на его глазах, то тут уже никаких шансов не будет. Откинув сомнения, ибо чем дольше он тянул время, тем меньше повода для доверия он давал, мужчина сел поудобней (насколько это позволяло его положение) и начал расшнуровывать перчатку с теневой стороны. Он искренне надеялся, что этому охотнику не взбредёт в голову вытащить его руку под солнечные лучи, дабы рассмотреть получше. Когда ткань проделала свой путь практически до середины ладони, шелест одежды со стороны незнакомца заставил Сикера притормозить и поднять голову. Он с улыбкой отметил, что его ассоциация не так далеко ушла от правды - человек был далеко не молод, да и в общем выглядел как-то неотёсанно, забыто. Тем временем мокрая ткань окончательно отделилась от тела, подставляя окоченевшую молочную кожу прогревающемуся утреннему воздуху. Вампир не удержался от того чтобы встряхнуть кистью, смахивая с неё капли, и пару раз сжать и разжать пальцы. Несмотря на ситуацию, избавиться даже на несколько мгновений от мокрой ткани было блаженством.
Спасибо, что решил ограничиться перчатками.
Тихо усмехнувшись, мужчина протянул оголённую жилистую руку на суд нового знакомого, старательно придерживаясь небольшой дистанции от границы солнечного света.

+1

7

Матиас уделил самое пристальное внимание открытой (мокрой и жилистой) руке, но стоило наткнуться на ответный сосредоточенный взгляд, который он заметил даже сквозь решетку маски - собственный мгновенно соскользнул в сторону. Он уже и сам не замечал, насколько быстро, на рефлекторном уровне избегает визуальных контактов. Даже если требовалось посмотреть в лицо собеседнику - тому все равно редко когда удавалось поймать его взгляд.
Сама рука подозрения вызывала уже тем, что была просто патологически бледной - казалось, белее только гипсовые статуи. Это заставило Ларсена нахмуриться еще сильнее, но он ничего не сказал, в ответ на последнюю реплику лишь ненадолго поджав губы, и вместо этого наконец подступил вплотную, опускаясь на одно колено рядом с краем лужи, из которой торчала нога увечного.
Закатав рукав рубахи почти до самого плеча, он с резким шелестом вытащил из ножен свой нож, но не сразу опустил руку в воду, вместо этого пару секунд глядя на потемневшую от крови лужу и даже, кажется, слегка наклонившись к ней.
На самом деле, он просто пробовал запах крови. В рамках своего вида Матиас не отличался выдающимся чутьем, но его обоняние, тем не менее, заметно превосходило обычное человеческое. Запаха болезненного разложения или любого другого подозрительно выглядящего среди букета других, окутывающих лес и эту прогалину, он не различил, но крупные когти, которые он заметил, когда незнакомец все-таки показал ему руку, уже не оставляли никаких особых сомнений.
Когда запах крови коснулся его обоняния, на краю сознания что-то дрогнуло - глухо и болезненно. Когда он ощущал этот запах, даже самый слабый, так часто бывало. Это зверь напоминал о своем существовании. К счастью, сейчас это уже не несло в себе большой опасности само по себе.
- Возможно, будет немного больно.
Матиас проворчал это, уже окунув руку с ножом в быстро ставшую омерзительно-теплой лужу почти по локоть. Нужно было перерезать веревки, удерживающие ловушку на месте - копаться до самого потаска будет слишком долго, особенно в такой грязи, которой земля разлезлась после непрестанных дождей. А как осторожно ни режь, каркас со впившимися в ногу шипами придется пошевелить.
Освободив ногу вместе с ловушкой, он не стал мудрствовать - просто взял за ступню и потянул вверх, подставленным запястьем не давая раме съехать ниже по ноге и разодрать ее еще пуще из-за веса воды. Зрелище открылось неприглядное.
Странный тряпичный сапог (кто вообще мог додуматься ходить по джунглям в дожди, обувшись мягкими тряпками?) раскис от долгого стояния в воде и приобрел явственный буро-зеленый оттенок - из-за наросших за ночь водорослей и плесени. Между темными складками все еще сочилась кровь, но... Матиас кончиком ножа отвел в сторону край дыры от шипа, пропоровшего и сапог, и штанину под ним. Отекшая от воды и не просто побелевшая, а ставшая отчетливо синюшной кожа уже подзатянулась, смыкаясь вокруг впившегося железа. Кровоточила она из-за того, что Матиас пошевелил шип, когда вытаскивал ловушку наружу.
- Неплохая регенерация.
Он не стал комментировать дальше, полагая, что незнакомец сам поймет, что он догадался, что это за тщательно скрываемая тайна личности заставляет его ходить в маске из лепрозория. В конце концов, большого смысла это не делало, так как Ларсен и сам был из породы проклятых, просто немного другого вида. А значит, воротить нос с его стороны было бы просто лицемерием. До тех пор, конечно, пока молодой кровосос ведет себя смирно, как сейчас. Пожалуй, и хорошо, что молодой. Хотя старый бы давно разломал ловушку сам и убрался, не доставляя проблем.

Отредактировано Матиас Ларсен (2018-08-22 02:11:51)

+1

8

Альбинизм.
Слово вырвалось сразу же, как только к и без того хмурой гримасе человека прибавилось ещё парочка другая морщинок, а уголки губ напряглись. Сикер не знал, как дела с подобным обстоят на юге, но на севере подобное явление было для народа больше забавой, чем какого-либо рода проблемой. Проблемой оно было в основном для самого альбиноса и, основывая на личном опыте, Сикер мог предположить, что у его южных братьев по несчастью этих проблем куда больше, даже если отсечь из этого списка отношение окружающих.
Несмотря на всё это, судя по дальнейшим действиям мужчины, Сикер всё таки прошёл его личный контроль и глотку никто никому перерезать не планирует. По крайней мере, пока что. Вампир тут же поспешил спрятать руку обратно в перчатку, мысленно проклиная отсутствие запасной сухой одежды, которой, собственно, и взяться было не откуда. Но помечтать хотелось.
Его спаситель тем временем уже склонился над кровавой лужей. Резкий звук обнажённого ножа на секунду заставил вампира усомниться в своих выводах и едва заметно дернуться от одного вида охотничьего девайса. Но, видимо, седой мужчина всего лишь примерялся ко всему этому безобразию из повреждённой конечности, земли и воды. Весьма странно примерялся, надо сказать. Сикер же не спускал глаз с лезвия и лица человека, по прежнему цепляясь за каждое движение, каждую морщинку. В какой-то момент он даже испугался за материал лезвия, но с другой стороны - какой бомжеватого вида одиночка будет разгуливать с оружием из серебра? Кроме него самого, конечно же.
На предупреждение о возможных болевых ощущениях вампир лишь хмыкнул. Жизнь не одарила его высоким болевым пороком, но зато завидной упёртостью и целеустремлённостью. Эти самые качества прокладывали к его целям пути весьма болезненные, тем самым закаляя тело. Бывало куда хуже, чем несколько железных, возможно ржавых гвоздей в его размокшей от сырости ноге. Однако стоило каркасу ловушки двинуться, как всю ногу, а затем и тело пронзило резкой колющей болью, заставляя вампира с тихим шипением сжать зубы. Руки его рефлекторно крепко вцепились в ближайшие объекты, коими оказались торчащие корни дерева и густая трава. И если на этот момент Сикер усердно пытался сдержать всякие звуковые проявления своих болезненных ощущений, то финальный штрих освобождения ловушки из этой ямы всё таки выбил из его груди болезненный стон, больше напоминающий странную попытку издать свист на вдохе.
Он откинул назад голову и зажмурил глаза, пытаясь абстрагироваться от ноющей боли в своей ноге, совершенно забыв о том, кто эту самую ногу вытащил.
Неплохая регенерация.
Слова застали его врасплох. Признаться честно, Сикер до сих пор не до конца привык к новым возможностям своего организма, но по комментарию вполне мог предположить, какая именно картина открылась незнакомцу. Превозмогая боль, он снова выпрямился, уже самостоятельно оценивая открывшуюся картину. Видок, конечно, оставлял желать лучшего — сапоги определённо придётся выбросить, а о том, что было под ними даже и думать не хотелось, не то что видеть.
Остаточное действия зелья, — выпалил он, даже не думая. — От половины неприятностей оно меня точно спасло.
Сикер не решался поднять глаза на охотника. Взгляд его был устремлён даже не на повреждённую конечность, он смотрел куда-то сквозь неё. Благо железная маска позволяла ему не волноваться о своём выражении лица, на котором чувство беспокойства в этот момент отыгрывалось вдоволь.
До Сикера быстро начало доходить осознание, что этот человек до чего-то определённо догадался. Только вот он не хотел верить в это, да и откуда ему было знать, что конкретно этот человек себе надумал? В конце концов, вампиры не единственные существа на Эль'Омари с хорошей регенерацией.

+1

9

Услышав об альбинизме, Матиас невольно покосился в сторону блестящей на свету от влаги маски, скрывающей лицо незнакомца. Ага, как же. Хотя, если пришелец действительно окажется еще и альбиносом в довесок, это будет хотя бы в чем-то полезной встречей.
Остаточное действия зелья. От половины неприятностей оно меня точно спасло.
Ответа на свой комментарий он не особо ожидал, но услышав его, едва удержался от возмущенного восклицания. Никакие зелья регенерации не действовали столько, сколько этот брехун несчастный здесь просидел, и уж тем более не сохраняли остаточный эффект так долго. Впрочем, вместо ответа он только покосился на маску с уже отчетливо проглядывающей свирепостью - Ларсен терпеть не мог, когда ему так беззастенчиво врали прямо в лицо. Движения, которыми он разбирал ловушку, тоже стали несколько дергаными, но об удобстве незнакомца он сейчас радел в последнюю очередь.
Углы каркаса были не сбиты, а плотно перевязаны, но волокна разбухли от стояния в воде, и их все пришлось резать. Проколы, к счастью, были не особо глубокие, хотя вполне возможно, что кое-где царапнуло кость, если кровосос тут сильно копошился. Взяв тощую угловатую ногу под колено и без особого труда благодаря повышенной физической силе удерживая на месте, он последовательно вытянул из голени все четыре парных шипа - без обезболивания, ну да что поделать. Ходить вокруг прогалины и искать нужные травы, чтобы растереть и приложить к ране, можно было все утро. А тащить эту тушу до дома прямо с болтающейся на ноге рамой не позволяло то, что Матиас как можно быстрее хотел разделаться с проблемой и выпроводить ее вон.
Сходив за лежащими в стороне кинжалами и прикрепив притянутые друг к другу ножны к собственному поясу, он вернулся и снова присел рядом с жертвой собственной ловушки. Нога кровоточила довольно бодро, но совсем не смертельно - крупные сосуды, судя по всему, не были задеты, и пока они будут добираться, благодаря регенерации кровь остановится и начнет восстанавливаться сама.
Держись за меня, подранок. Да не так... за плечи держись.
Когда он наконец смог взгромоздить хромого на спину, туман уже начал спадать. Воздух сделался суше и жарче. Но плащ он снимать не стал - кровосос был насквозь мокрым, как мешок гнилых овощей, да и вонял из-за сырости примерно так же. Нести его было не очень тяжело (по крайней мере, не тяжелее чем тушу оленя, которую он притащил к дому перед тем как прийти сюда), но Матиас все равно не стал перекидывать тело через плечо, как изначально хотел - если сосуды у подранка слабенькие, как бывает у некоторых альбиносов, его легко укачает до крови из носу.
Спасибо аномально высокой силе и выносливости, до дома он дошел быстро, несмотря на неровную местность и разлитые повсюду лужи воды, иногда напоминающие небольшие пруды. Стоило выйти из низины, как земля выровнялась. Торчащие повсюду сплетенные корни исчезли, их сменила подстилка из пружинящего слоя палой листвы и низкие кусты с купами листьев, напоминающих вееры.
Сам дом с очень крутой, чтобы скатывалась вода, крышей, поросшей изумрудно-зеленым мхом, стоял на небольшом, относительно сухом возвышении, а маленькая пристройка рядом - на низких сваях. Тут, конечно, не болота, но влаги иногда бывало чуть ли не столько же. Выйдя из-под сени не сходящихся здесь вплотную деревьев, Матиас уверенно направился к дому, только на секунду остановившись, чтобы подкинуть сползающую позади тушку повыше.

+1

10

Всю дорогу до охотничьего жилища Сикер был необычно тихим. Необычно тихим в первую очередь для себя, его же своеобразному транспорту не с чем было сравнить нынешнее состояние незнакомца в маске.
Поведение его нового знакомого дало отчётливо понять — несмотря на то, что он, судя по всему, не верит ни единому слову северянина, бросать его он явно не намерен. Сикеру хотелось верить в альтруизм этого мужчины, в это редкое, подлое и одновременно по-глупому наивное чувство. Да вот только косые взгляды, которые незнакомец бросал на него после упоминания его врождённого недуга, не давали ему покоя. Правильно ли он сделал? Чем дольше он об этом задумывался, тем сильней ему хотелось узнать об отношении южан к подобным ему людям.
Сикер последний раз бросил взгляд на свою повреждённую ногу, из дыр сапога которой тонкими струйками сочилась кровь. Медленно и неторопливо, но скоро регенерация возьмёт своё. От одного только её вида в голове эхом отдавал собственный стон боли, словно он не покидал его горла, а так и остался звенеть в голове. Скользнув беспокойными глазами по связке своих мечей (он определённо был благодарен незнакомцу, что тот решил не бросать его оружие, даже учитывая какой дополнительный груз оно из себя представляло, не говоря уже о самом Сикере), вампир наконец отвернулся и решил попытать своё счастье с единственной ближайшей разумной формой жизни.
Не представишься? — хватка чужих рук на плечах охотника внезапно ослабла, а в следующую секунду и вовсе пропала. Сикер сложил руки за шеей своего спасителя, закинув локти на его плечи, и преспокойно уложил свой подбородок рядом с его правым ухом.
—  Не пойми меня неправильно, но когда хочешь сказать человеку слова благодарности, обращаться к нему "старик со шрамом" будет не очень культурно, не находишь?
Край его маски едва касался щеки этого самого старика, а голос из под неё не был уже таким резвым и звонким, скорее спокойным и урчащим, будто его владелец прощупывал почву. Сикер говорил достаточно тихо, чтобы звук его слов не отскакивал от деревьев, но в тоже время достаточно громко, чтобы старик со шрамом мог разобрать каждое его слово.
Понимаю, что простых слов благодарности может быть недостаточно, — голос за маской с каждым словом становился всё более паточным. — У меня есть пара серебряных. Что скажешь?
Дело было не только в вопросах и попытках наладить контакт. Если этот человек действительно догадался, кто именно попался в его ловушку, то вряд ли он позволил бы ему такую опасную близость к своей шее. Сикер же хотел добиться хоть какой-то реакции, просто чтобы унять своё беспокойство.
Занятый своим кокетством, он и не сразу заметил, как кривая почва тропической чащи сменилась ровной землёй, устланной покрывалом из палой листвы и приукрашенной веерами невысоких кустов.
Как только же в поле зрения попало сам дом охотника, Сикер невольно отлепил свою голову от мужчины и вытянул шею, чтобы получше рассмотреть внешний вид жилища. Оно определённо превосходило его ожидания. Честно признаться, вампир готовился лицезреть небольшую, но уютную холостяцкую хижину или землянку. При этом склонялся он больше к первому варианту, так как с местной растительностью соорудить второе было бы немного проблематично.
Очень даже солидно.
Прокомментировал свои впечатления хромой, едва успев перестроить руки и ухватиться за плечи, когда его спаситель со шрамом на немолодом лице решил, что костлявый "подранок" на его спине держится недостаточно крепко.

+1

11

Пока шли, Матиас не особенно устал, зато подранок намозолил ему всю спину своими жилистыми телесами. А потом еще и растекся по его плечам, как по подушкам. Определенно, наглость - второе счастье, а у кого-то и первое.
Не представишься?
Сперва Ларсен промолчал, упрямо насупившись, потому что пытался справиться с равномерно зудящим в подкорке раздражением от непрестанного присутствия кого-то разумного и болтливого в непосредственной близости, и ему было не до церемоний. Но после того, как слова посыпались из-под мокрой железной маски водопадом, он с неохотой назвался:
- Матиас.
Он от души надеялся, что напряжение в голосе будет не очень заметно хотя бы из-за естественной хрипотцы. Пока сознание больше не было занято проблемами вроде разборки ловушки или выстраивания дальнейшего плана действий, как-то само собой отметилось, какой вкрадчивый у подранка голос. Даже приятный - и это заставляло насторожиться еще сильнее.
Матиас наивно и искренне надеялся, что после обмена именами молодой кровосос наконец заткнется, но не тут-то было. Начинало казаться, что у него найдется комментарий на любой случай жизни.
- Деньги мне не нужны, - проворчал он, уже поднимаясь к двери и не уточняя, что же в таком случае возьмет в качестве оплаты. Может, хоть немного помолчит.
Спустив на землю сперва здоровую ногу подранка, он наконец сгрузил его со своей спины и вытащил из-под рубашки ключ, болтающийся на жестком волосяном шнурке. Пришлось пропустить его вперед, чтобы потом закрыть за ним дверь.
На контрасте с веселым занимающимся днем снаружи, в сенях было темно, как у кита в брюхе. Окна он не стал прорубать в свое время, так как прихожая была крошечной. Тут, собственно, ничего и не было, кроме плащей, обуви и вбитой в стену скобы в противоположном углу, на которой сейчас висела обезглавленная и частично выпотрошенная оленья туша. Оленя он принес рано утром, из самого первого капкана. Второй был пустым, а в третий, к сожалению, попался совсем другой олень.
Тем не менее, запаха крови или сырого мяса почти не ощущалось, потому что во всем доме стоял густой смешанный аромат алхимических ингредиентов. Не то чтобы неприятный, но очень пряной и интенсивный. Матиас так к нему привык, что едва замечал, разве что когда его не бывало дома по нескольку дней. Запахи были сильными из-за того, что он не любил держать в закрытых емкостях чуть ли не половину ингредиентов - они могли "задохнуться" и быстро утратить или изменить свои свойства, если не класть их в специально зачарованные короба или колбы, которых у него не было. Пока. Но до этого пустого пространства на стенах почти не было из-за связок трав и тропических цветов, ниток ароматных семян, белеющих костей и крупных клыков животных, перьев и разноцветных пучков шерсти - за исключением одной, вдоль которой стояли два запертых шкафа и узкий стол, накрытый холстиной, чтобы не пылились инструменты. Сейчас Матиас, конечно, отдаленно жалел о том, что не привык все это прятать, но и на то, что здесь когда-либо появится кто-то незнакомый, он раньше не рассчитывал. Оставалось надеяться, что пришелец не разбирается в дурманных травах Танзара или формах клыков ядовитых животных.
Стянув плащ и повесив на один из свободных гвоздей, он открыл дверь из сеней в комнату и ткнул пальцем в длинную лавку у стены:
- Садись туда. И снимай сапог.
Расстегнув жилет, Матиас стянул его через голову вместе с рубахой - из-за того, что он опрометчиво не стал надевать капюшон на обратном пути, с насквозь мокрого кровососа за шиворот натекло воды, и по спине расползлось сырое пятно.
Взяв чистую рубаху в соседней комнате, он вернулся, плотно прикрыв за собой дверь. Его дом отличался очень строгим зонированием, и в остальных его частях подранку делать было точно нечего. Но, строго говоря, ничего интересного там и не было - еще одна комната и лесенка в мансарду, которая одновременно была еще и спальней. Заморозков, даже слабых, в Альмерре от роду не бывало, а вот в летней духоте темная, но просторная мансарда иногда была единственным спасением.

+1

12

Не особо удовлетворённый уровнем разговорчивости нового друга (мысленно седой человек уже был занесён в этот бесчисленный список), Сикеру оставалось довольствоваться другими способами проявления эмоций. Разложившись на чужих плечах как княжна на подушках, он внимательно прислушивался к дыханию и ноткам голоса Матиаса.
Местами, казалось, проскакивает знакомый северный акцент. От него по спине пробегали мурашки, а лицо словно обдавало лёгким колючим ветерком. Либо, как вариант тоже вполне имеющий шанс на существование, с дождевой водой из под маски вытекла и наполняющая черепной коробки, оставляя изголодавшийся рассудок с телом искать и (что немало важно) находить то, чего на деле нет.
Деньги мне не нужны.
И тишина.
Нет-нет, вампир хорошо знал эту игру. Его возмущённый взгляд метнулся от двери к затылку своего седого "коня".
Так ты из "этих".
Недостаточно громко, недостаточно грубо и вызывающе. По его меркам, надо отметить. На этой ноте мужчина спустился на твёрдую поверхность крыльца, оперевшись на свою здоровую ногу. Сикер ничего не подразумевал этой фразой. Он просто не любил, когда ему недоговаривают, и считал своим священным долгом вернуть должок, поставив своего собеседника в такое же положение.
Для человека, способного полностью наступать только на одну ногу, он достаточно ловко проскользнул в открытую дверь, прямиком в сени дома. Там он сразу прильнул к левой стенке, чтобы не мешаться под ногами охотника. Внутрености дома кардинально отличались от окружающего его внешнего мира — темно, немного душно, да и выпотрошенная туша оленя в углу придавала месту немного мрачности.
Тушу Сикер приметил сразу как только ступил за порог. Он её даже не заметил, учуял. Свежая кровь, вероятно потрошить животинку начали рано утром. Вампир не поворачивал головы в тот угол, не хотел чтобы со стороны это выглядело подозрительно. В доме, помимо прочего, чувствовались прочие сильные и довольно едкие для неискушённого посетителя запахи. Однако, в случае Сикера на передний план выскакивал чёртов олень.
Вампир проследовал за Матиасом в основную часть дома, пропуская указания мимо своих ушей. Ему просто хотелось уйти подальше от этой соблазнительной туши.
В первый месяц своей свободы он пытался пробовать кровь животных, но ничего кроме рвотных рефлексов она у него не вызывала. Всё в ней было не так, как дешёвое испорченное вино. Так что со своей кровяной диетой Сикер определился быстро.
Забыв о хозяине дома, вампир медленно шёл вдоль стены к указанной лавке, по дороге рассматривая трофеи. Травы, по большей части травы. В них мужчина особо не разбирался, разве что приметил парочку ему знакомых. Другое дело были животные трофеи — некоторые из них родом были не с юга. Более того, не все из них законны. От осознания последнего по лицу невольно скользнула улыбка.
Альбинос замедлил шаг около крупного рогатого черепа, на ходу стягивая свой капюшон и расстёгивая ремни маски. Наконец полной грудью можно вдохнуть весь этот вонючий букет ароматов. Это всё же лучше, чем продолжать вдыхать эту железку. Сикер попытался перенести немного веса на повреждённую ногу и с удивлением обнаружил, что боль уже не такая уж невыносимая и, при желании, он вполне может использовать эту конечность. Делиться этой удивительной находкой он особо не хотел, поэтому почти сразу же опёрся на здоровую ногу.
У меня другое предложение, Матиас, — Сикер повернул голову к хозяину дома. Хоть маска лепрозория ныне и покоилась в его руке, нижняя половина лица кровососа оставалась скрытой за тканью. — Ты вернёшь мне моё оружие, по доброте душевной одолжишь сухую одежду и я уйду. Конечно же, забыв тебя и твою маленькую коллекцию.
Вампир бросил не многозначительный взгляд на запрещённые ингредиенты, после чего сложил руки на груди и уже полностью развернулся к Матиусу.  Слова выходили холодными и чёткими, с расстановкой. Таким тоном не рассказывают шутки и не торгуются.
Ну так, что скажешь?
К голосу вернулась прежняя фальшивая дружелюбность, а глаза с белоснежными ресницами широко распахнулись в предвкушении удачной сделки.

0

13

Матиаса совершенно не устраивало то, что он до сих пор не понял, к какому государству или хотя бы народности принадлежит подранок. С закрытым маской лицом - оно и не мудрено, но чувствительный слух, который, как он надеялся, мог бы помочь разобрать акцент, на самом деле делал только хуже. Богатые интонации голоса собеседника рассеивали все внимание.
Поэтому он почти пропустил мимо ушей очередной комментарий, впрочем, не такой вызывающий, как могло бы быть при его содержании.
Так ты из "этих".
На самом деле это был, наверное, едва ли не самый недейственный способ поддеть его. Хотя бы потому что то, из мифических "этих" он или из "тех", подранка никоим образом не касалось и не коснулось бы. Поэтому Ларсен только вздернул брови, глядя мимо него.
Кто о чем, а вшивый о бане. Часто расплачиваешься подобным образом, да?
Изначально Матиас не хотел отвечать, поэтому услышал свой собственный голос с некоторым удивлением. Как бы немного со стороны.
Для него запах свернувшейся крови, застоявшейся цветущей воды и грязи довольно ощутимо перебивал въевшийся в стены, ощущаемый почти домашним дурман, и желание разделаться с задачей поскорей снова вышло на передний план. Правда, он опять отвлекся, уже открыв одну из створок стоявшего у стены высокого шкафа, когда услышал возню сбоку и, обернувшись, как раз успел увидеть, как подранок стягивает маску.
Вид платиновых и довольно длинных (по его меркам) волос и бледно-красных глаз заставил Матиаса если не улыбнуться, то хотя бы обозначить это намерение углом рта. Ну хоть в чем-то не соврал, дурилка - он уже было уверился, что язык у малого совсем без костей. Не такой уж и малой, кстати - когда они стояли вот так, на ровном полу, Матиасу приходилось смотреть немного снизу вверх, хотя разница в росте особо не бросалась в глаза. Несмотря на это, его не отпускало ощущение, что молодой вампир именно что ребячится. То ли развлекается, то ли просто не думает, что мелет. Он даже не знал, что хуже.
У меня другое предложение, Матиас.
Выслушивать это было все равно что встретить совершенно другого человека. Что ж, актерского таланта у подранка не отнять, судя по всему. Ларсен этого не любил, так как предпочитал с самого начала четко представлять, с чем имеет дело. Сквозь маски он смотреть за свою жизнь так и не научился.
Ну так, что скажешь?
Если так уж хочется, чтобы через перестрел раны снова открылись и на запах твоей крови сбежались хищники со всей округи, не смею мешать.
Закрыв шкаф, Матиас повернулся и оперся о толстую гладкую дверцу спиной. Он был совершенно искренен - в конце концов, тиграм и тузулам тоже надо есть.
Но насчет оружия ты слишком уж торопишься, — теперь его голос тоже начал звучать по-деловому, но не так холодно, скорее даже с некоторой веселостью. — Раз уж ты так удачно действительно оказался альбиносом, не солгав мне хотя бы в этом, грешно будет просто отпустить тебя, не взяв никакой платы.
Практически во всех известных странах об альбиносах ходили самые разные слухи, байки и поверья. И не все они для самих альбиносов были просто безобидной, хоть и надоедливой, досужей болтовней. Но если в тех районах Хаздрамара, где еще не исчез шаманизм, верили в чудодейственные амулеты из костей и кожи альбиносов, то в более цивилизованных областях континента пересуды были связаны скорее с платиновым волосом. И вот они уже имели под собой некоторое основание, так как платиновый волос действительно имел реальные алхимические свойства. В основном с его помощью можно было улучшить ловкость и быстроту движений, как при применении перьев некоторых птиц или чешуи змей. Впрочем, Матиаса интересовало не это, а совсем другой вопрос - изменятся ли свойства платинового волоса, если его носитель будет проклятым?

+1

14

Не сказать, что Сикер ожидал ответ на свою колкость, но содержание этого ответа было куда неожиданней самого факта его наличия. Самодовольная улыбка резко сменилась тонкой линией сжатых губ с опущенными уголками,а брови как-то по-детски обиженно свелись к переносице. За замешательством пришло и еле ощутимое чувство гордости, словно этого человека вампир знает всю свою сознательную жизнь и вот он впервые набрался храбрости и наконец дал засранцу в маске испробовать его собственную медицину на вкус.
Если тебе просто нравится моя компания, то можешь так и сказать. — пожал плечами мужчина.
Не успел альбинос в полной мере развить в голове эту мысль, как внезапный отказ к его требованиям вернул его в реальность. Внешне это, может быть, было и не особо заметно, но теперь, в ожидании объяснений мужчины, Сикер словно пытался прожечь взглядом в его голове дыру.
Раз уж ты так удачно действительно оказался альбиносом, не солгав мне хотя бы в этом, грешно будет просто отпустить тебя, не взяв никакой платы.
Возмутительно и вполне ожидаемо. "Раз уж так удачно" - эхом отдавался голос мужчины в его голове, постепенно превращаясь в его собственный. Он какое-то время простоял без движений, даже не моргнул ни разу. И несмотря на это внешнее минутное замешательство, в голове Сикер довольно трезво размышлял над дальнейшими действиями. Слабая шутливая нотка в голосе Матиаса вселяла надежду на лучшее, однако в искренние альтруистические потуги нового друга верилось уже с трудом, хотя бы из-за внутреннего содержимого его дома. Признаться, это далеко не самое худшее из возможного содержимого, но если из всего выпало именно это, то логично предположить - старик знает вещам цену. Особенно редким. Естественно он попытается расшатать свои запылившиеся способности к красноречию, чтобы задержать у себя альбиноса. Скорей всего попытается прихватить с него сувенир (а любителей подобных сувениров Сикер повидал не мало за свою прилично прожитую человеческую жизнь), а там уже одни боги знают, что творится в этой южной черепушке.
Даже если этот сувенир будет безобидней, чем глаз или фаланга пальца, то оставаться надолго наедине с одиноким мужчиной в глуши, ароматной оленьей тушей и своим проклятым голодом Сикер не горел желанием. Хотя бы ради самого Матиаса. Несмотря на требование платы, он помог ему. Поэтому воспользоваться удачной возможностью и навредить протянувшего ему руку помощи вампир не мог, хоть какое-то представление о чести у него да есть. Да и что это предупреждение? Немного аккуратности и раны уже вряд ли откроются, а с местной фауной он как-нибудь разберётся сам. До ловушки этого коллекционера-отшельника ведь ничего плохого не случилось, так почему должно случиться после? А если и случится, то с мечами эти проблемы будет решить куда проще, чем без них. Единственное, чего по мнению вампира, ему стоило опасаться на своём пути, так это других ловушек.
Но с другой стороны, остаться здесь ненадолго не выглядело как худший из возможных вариантов. Конечно, если опустить параноидальные мысли, так как в остальном Матиас обещал оказаться интересным собеседником (опять же, возвращаясь к его интерьеру, он мог многое рассказать). Да и безнадёжным хмурым стариком, за которого его сначала принял Сикер, он, как выяснилось, не являлся.
Так уж и быть. Совсем немного, он по возможности поделится с человеком интересующей его вещью и покинет этот милый дом.
Итак, — выпал из своего мысленного стазика альбинос. — Что конкретно тебя интересует, сразу ты сказать, конечно же, не можешь?
Он опустил руки. Тихо и нервно постукивая пальцами по маске, фигура в чёрной одежде продолжила свой путь вдоль стены к ранее указанной лавке.
Если в моих силах дать тебе желаемое, то почему бы и нет? Услуга за услугу.
Сикер опустился на лавку, чуть вытянув вперёд больную ногу. Хоть регенирация и делала своё, раны всё ещё давали о себе знать.
Но, — он поднял вверх указательный палец правой руки. — В пределах разумного.
А в противном случае, в его распоряжении ещё завалялось пара острых ножей.

+1

15

Кажется, подранок обиделся. Или просто смутился? По крайней мере растерянность на его лице была ясно видна, это точно - Матиас не смотрел на него прямо, просто наблюдал краем глаза, но даже так было заметно. Что, собственно, такого удивительного произошло, раньше никто не платил той же монетой что ли? Или не ожидал отпора конкретно от этого седого лесовика?
Самому Ларсену одновременно и нравилось, что он наконец смог поддеть болтуна, и вызывало опасения то, что он очень уж быстро стушевался. Оно конечно понятно, что правда всегда больнее глаз колет, но с другой стороны кровосос этот же нраву неведомого - еще решит грызануть за такие шутки. Все-таки Матиас не особо мог поведение людей предугадывать, хотя повидал за жизнь уже всякого.
Если тебе просто нравится моя компания, то можешь так и сказать.
В сочетании с поджатыми губами и недоуменно (будто бы его поддели незаслуженно) нахмуренными белесыми бровями он звучал как... как обиженный подросток. Впечатление не убивали даже огромные нездоровые мешки под глазами, тощие скулы и пергаментная кожа, придающие ему довольно изможденный даже для вампира вид. Если бы Матиас был человеком нрава попроще, он бы рассмеялся. А так эта забавная деталь только заставила уголки губ приподняться на несколько мгновений.
Если в моих силах дать тебе желаемое, то почему бы и нет? Услуга за услугу. Но пределах разумного.
Звучало справедливо, а справедливый обмен - это то, что ему всегда нравилось. Матиас, в общем-то, и в мыслях не держал его обманывать или вынуждать к чему-то страшному. Просто очень уж подранок раздражал своей непривычной трепотней. Да еще и его постоянные выразительные эмоционирования вынуждали обратить на них внимание и отвлекали от насущных проблем.
- Не бойся, никакого членовредительства, - повернувшись к шкафу снова, он под скрип толстой дверцы взял из него маленькие ножницы. - Всего лишь прядь волос.
Больше ничего полезного в теле альбиноса не было. Возможно, звучит немного пренебрежительно, но так оно и было.
- Раз уж мое имя ты уже знаешь, - проворчал Матиас, наматывая на палец тонкую бесцветную прядь и обрезая ее у самого корня, - может, назовешь свое?
Не то чтобы ему было дело, но чувствовалась какая-то незавершенность, когда этот незнакомец знал, как его зовут, а сам продолжал оставаться незнакомцем. Тонкая прядь слегка заблестела в рассеянном свете из окна, когда он смотал ее в кольцо. Волосы успели подсохнуть, пока они шли сюда (точнее, Матиас шел, а этот... этот... с позволения сказать, ехал) и потом обменивались колкостями, но позже, похоже, все равно придется разложить их, чтобы просохли до конца и не запаршивели.
Одновременно он нахмурился, глядя на сидящую на лавке фигуру. Он не забыл, что подранок просил у него одежду. Оно и понятно - в насквозь мокрой, преющей на солнце и стынущей по ночам хламиде по лесу много не походишь. Своей одежды (и даже просто ткани, про запас) Матиасу хватало, проблема была только в том, что он был шире вампира раза в полтора и намного тяжелее. Пока тот закутан в свои черные тряпки, разница не особо заметна, но по острым скулам, подбородку и жилистым рукам Ларсен уже догадался, что их весовые категории на самом деле далеки друг от друга, как небо от земли.

0


Вы здесь » Эль'Омари » Флешбеки » С корнями из мозгов


Сервис форумов BestBB © 2016-2019. Создать форум бесплатно